Роль аппаратов афферентного синтеза

Роль аппаратов афферентного синтеза
  • Несмотря на четкую отграниченность таких феноменов, как эрекция, интроитус, фрикции, эякуляция и детумесценция, весь копулятивный цикл протекает как единое целое. В основе этой интеграции физиологических компонентов в последовательную поведенческую реакцию лежат специальные механизмы, в частности те, которые обеспечивают взаимодействие нейрогуморальной и психической составляющих. Обе составляющие настолько тесно спаяны с самого начала индивидуального формирования сексуальности, что не всегда можно разграничить в половом влечении его наследственно обусловленный, филогенетический компонент от приобретенного, онтогенетического.
  • Физиологической основой тесного взаимодействия двух первых составляющих копулятивного цикла является то, что они объединены в одну функциональную систему.
  • П.К. Анохин, на протяжении многих лет развивавший концепцию функциональной системы как основы интегративной деятельности мозга, ставит особый акцент на результате как наиболее важном моменте, определяющем и пространственные параметры, и характер деятельности каждой из рассматриваемых функциональных систем. При этом основными структурными единицами любой функциональной системы являются два «блока»:
  1. аппарат афферентного синтеза;
  2. аппарат акцептора результата действия.
  • На схеме представлена функциональная структура аппарата афферентного синтеза, которая в конкретном примере обеспечения начальных фаз копулятивного цикла у человека определяется:

I. Двумя потоками воздействий, исходящих из внутренних механизмов индивидуума:

  1. Доминирующей мотивацией, возникающей на основе той потребности, которая в данный момент является ведущей. Доминирующая мотивация связана с нарушением гомеостатического равновесия, которое проявляется нейрогуморальными сдвигами, воспринимаемыми как чувство жажды, голода, полового возбуждения и т.п.
  2. Памятью, т.е. совокупностью энграмм, приобретенных как в результате личного опыта на основе физиологических актов, имевших место ранее в сфере данной функциональной системы, так и энграмм, приобретенных, например, в результате общения или чтения.

II. Двумя потоками воздействий, исходящих из внешней среды:

  1. Ситуацией, определяемой совокупностью разрешающих и тормозных компонентов.
  2. Стимулом, обычно выполняющим роль пусковой афферентации; в наиболее типичном случае сексуального поведения — прямым воздействием женщины.
  • Поскольку воздействия могут носить конкурирующий характер (положительные и отрицательные), конечным результатом афферентного синтеза является либо подавление, либо реализация определенной поведенческой реакции, и в последнем случае в складывающуюся констелляцию включается второй структурный блок функциональной системы-акцептор результата действия. Как показали П.К. Анохин и его сотрудники, любая эффекторная реакция сопровождается формированием в ЦНС особого физиологического аппарата, предназначенного для оценки успешности данной реакции. Если выявляется рассогласование действительного результата с ожидаемым, этот аппарат (акцептор результата действия) тотчас же включает корригирующие механизмы, направленные на устранение рассогласования.

Копулятивный цикл

  • В течении копулятивного цикла выделяются два момента, определяющих промежуточный и конечный физиологический результат: первым моментом, подлежащим параметрированию с участием акцептора результата действия, является наличие эрекции, степень которой должна быть достаточной для обеспечения интроекции; вторым является окончательный результат всего цикла — эякуляция, сопровождаемая оргазмом. Совершенно очевидно, что функциональная система, обеспечивающая копулятивный цикл, претерпевает постоянные динамические изменения на всем его протяжении; однако в этой беспрерывно меняющейся констелляции различные структурные элементы изменяются в различной степени и наряду с элементами более стабильными можно выделить элементы, меняющиеся коренным образом. В этом плане, разделив весь копулятивный цикл на две фазы:
  1. от возникновения половой доминанты до начала момента интроекции;
  2. от завершения интроекции до завершения эякуляции и оргазма, можно отметить, что если аппарат афферентного синтеза подвергается лишь частичной перестройке, то в аппарате акцептора результата действия изменения более радикальны.
  • В рассмотренной схеме, как она представлена для первой фазы, находит отражение теснейшая связь нейрогуморальной составляющей (мотивация) с психической (расчлененной здесь на три составные части: память, ситуация и стимул).
  • При этом следует еще раз подчеркнуть, что термин память в применении к аппарату афферентного синтеза включает в себя не только энграммы событий, уже имевших место в прошлом, но и элементы вероятностного прогнозирования, моделирование алгоритмов опережающего характера, т.е. предварительного построения целенаправленных иннерваторных последовательностей, еще не имевших места в индивидуальном жизненном опыте данной особи. Каждый молодой мужчина, совершая первый половой акт, еще не располагает при этом личным опытом и опирается только на более или менее расплывчатые представления, основанные на различных источниках. И как показывает сексопатологическая практика, преодоление этого психологического барьера неведения для некоторых мужчин оказывается непосильной задачей.
  • Наблюдение 13. Врач С., 32 лет, женившись 5 лет назад, не может начать половую жизнь, несмотря на то что и либидо, и эрекция выражены в достаточной степени. Всякий раз, когда наступает момент близости, он не знает, как действовать, и доходит до полной растерянности. Как в профессиональной деятельности, так и вообще в жизни всегда отличался привычкой анализировать каждое свое действие. В первую брачную ночь у него возникло состояние «общего мышечного и умственного оцепенения», парализовавшее его способность к действию. В последующие ночи подобных состояний уже не было, но всякий раз перед самой иммиссией, чувствуя себя находящимся лицом к лицу с неизвестностью, несмотря на наличие эрекций, невольно ловил себя на том, что активно пытается уйти от решительных действий (и чем далее — тем во все более ранней фазе). Только один раз за прошедшие 5 лет удалось ввести член в преддверие влагалища, но эрекция тут же прекратилась. 
  • Жене 28 лет. Она до сих пор virgo. Взаимоотношения с ней в общечеловеческом плане очень хорошие. К половой несостоятельности мужа она относится так, как любящая мать относится к нежелательному, но не очень важному дефекту у своего ребенка. Либидо у пациента пробудилось в 13 лет, когда он испытал первое, чисто платоническое увлечение. Более специфические, чувственно окрашенные компоненты (которые, однако, никогда не были очень выражены) присоединились примерно через год и привели его к мастурбации, однако при этом он никогда не представлял себя в конкретной ситуации коитуса. За 5 лет брака, в которые он продолжал онанировать (вызываемый при мастурбации образ носил отвлеченный характер и не был связан с женой), выраженных явлений привыкания и сексуального охлаждения к жене не отмечается: она до сих пор в полной мере сохраняет для него физическую привлекательность, и вид ее обнаженного тела вызывает у него сильные эрекции. Всегда отличался настойчивостью в достижении поставленных целей и крайней возбудимостью, иногда до потери контроля над собой (так что совершал действия, о которых потом приходилось сожалеть); после женитьбы стал более спокойным. Наряду с этим чрезвычайно мнителен и склонен к самоанализу. Объективно: рост 177 см, масса 80 кг. Высота ноги 88 см. Трохантерный индекс 2,01. Половой член: длина 10 см, окружность 9,5 см. Оба яичка имеют длину 5 см по максимальной оси. Умеренный акроцианоз кистей рук. Красный дермографизм быстро выявляется и держится несколько минут, по краям выступает белая «окантовка». Пульс лежа 70 ударов в минуту, стоя 88. В данном наблюдении была диагностирована декомпенсация психической составляющей (выявляющаяся на заключительном этапе эрекционной стадии) вследствие нарушения акцептора результата действия при попытках перехода к коитусу после привычного (в течение 14—19 лет) онанизма у личности мыслительного типа с чертами тревожной мнительности.
  • В лечении поначалу предполагалось идти к нормальному коитусу от мастурбации (как единственного доступного больному способа полового удовлетворения), с тем чтобы постепенно сократить разрыв во времени и пространстве между мастурбированием и тем комплексом сексуальных раздражителей, носителем которых является женщина. Однако выяснилось, что он сам уже пытался использовать этот путь — и у него ничего не получилось; сам он объясняет неудачу тем, что он не может представить того стереотипа ощущений, через которые ему надлежит пройти в коитусе. Поскольку маятниковая проба Бэкона показала высокий уровень внушаемости, было решено попытаться вложить в сознание пациента недостающую «матрицу» в гипнозе. После нескольких сеансов гипнотерапии наступила полная нормализация половой жизни, подтвержденная длительным катамнезом.

Физиологическая коллизия

  • Часто встречающаяся в практике сексопатолога физиологическая коллизия между акцептором результата действия, зафиксировавшимся вследствие многолетней мастурбации, и тем качественно новым акцептором результата действия, который экстренно формируется при изменении условий благодаря включению комплекса натуральных воздействий при попытке полового сношения с женщиной, имеет экспериментальную модель. Когда в эксперименте с собакой по условно-рефлекторной методике П.К. Анохин и Е.Ф. Стреж заменили слабое, но привычное подкрепление в виде 20 г сухарей на мясо, в результате у животного возникли подчеркнутая ориентировочная реакция, двигательное беспокойство и преходящий отказ от пищи.
  • Если приведенное выше клиническое наблюдение можно рассматривать как случай, в котором трудности перестройки акцептора результата действия определяются почти исключительно особенностями личности, то в большинстве других случаев попытки переключения на новую последовательность событий, свойственную коитусу, предпринимались на фоне ослабления нейроэндокринного обеспечения, когда у пациентов имелись признаки задержки пубертатного развития в виде редукции как интенсивности, так и экстенсивности периода юношеской гиперсексуальности (т.е. позднего его начала и раннего окончания). Редукция же этого периода, устраняя натуральную гиперкомпенсацию, необходимую для преодоления барьера неизвестности, превращала незначительные помехи в неодолимые препятствия. Так, у одного из больных утрата эрекции последовала за состоянием растерянности, вызванным тем, что в первую брачную ночь жена сразу легла на спину и развела бедра, в то время как в той предполагаемой последовательности действий, которая сложилась в представлении пациента, «все должно было начаться с ласки, т.е. с объятий и поцелуев». Понятно, что единственным физиологическим механизмом, способным преодолеть рассогласование вероятностной модели, построенной самим пациентом, с соблюдением всех этических нюансов, и той натуралистической моделью, с которой он столкнулся, мог бы послужить только сильнейший либидонозный напор, доходящий до похотливого ослепления, в норме как раз и обеспечиваемый периодом юношеской гиперсексуальности. Ослабление нейрогуморального обеспечения у значительной части пациентов при чрезмерной склонности к абстрактно-логической переработке впечатлений в ущерб непосредственно чувственному восприятию окружающего придавали их переживаниям и действиям столь чуждую сексуальной сфере интеллектуалистичность. Именно от такого рода больных часто приходится слышать, что задолго до брака они «сохраняли» себя для будущей жены, не позволяя себе ни добрачных связей, ни даже мастурбаторных актов. После брака, когда выявились непреодолимые препятствия к осуществлению половой жизни, подобные мотивы нередко приобретали еще более четкое звучание, тем самым демонстрируя свой защитный (в плане психологического самооправдания) генез. Весьма красноречив как пример взаимной адаптации тот факт, что нередко в подобных случаях жена активно воспринимает ту же мелодию; так, супруга одного из больных, прожившая с ним в «невинном» браке («как брат и сестра») 8 лет, так формулировала свое понимание проблемы семейных отношений: «Человек — это высшее существо, и физическая близость только опошляет взаимоотношения». Если вы заметили ослабление или отсутствие эрекции обратитесь к врачу и незамедлительно начинайте прием  Eregra 100Vilitra 20Vidalista 20.
  • Тесная взаимосвязь механизмов первичной (нейроэндокринное обеспечение), вторичной (безусловнорефлекторное подкрепление условных сигнальных комплексов) и третичной (чисто психологическое обоснование определенной линии поведения) мотивации с механизмами чисто ситуационными отражается в значительной распространенности среди сексологических больных выработки сначала угасательного, а затем и условного торможения на сумму тех натуральных сигнальных комплексов, носителем которых является женщина. В свое время при клинико-физиологическом анализе наблюдения так называемой импотенции женихов иллюстрировалась роль внутреннего торможения в активном угашении натуральных условных раздражителей, когда основным патогенетическим механизмом расстройства является систематическое неподкрепление натуральных сигнальных комплексов оргазмом как безусловнорефлекторным компонентом специфической функциональной системы. Те же характерные черты систематического неподкрепления фрустрационных возбуждений выступают у многих больных с дебютантными расстройствами потенции: так, 3 больных, жены которых страдали парциальным вагинизмом, на протяжении от полугола до 2 лет производили ежесуточные (один из пациентов — до нескольких раз в ночь) попытки осуществления полового акта; у 2 из них развилось прогрессирующее снижение эрекций на фоне постепенной утраты чувственного интереса к жене. У других больных провоцирующим моментом было пребывание (в течение первых 5 ночей в одном случае и 6 мес в другом) в той комнате, где спали молодожены, посторонних лиц; здесь, так же как и в случаях с преходящим псевдовагинизмом, развивается постепенное привыкание к жене, и к моменту, когда полностью устраняются все внешние помехи, проведение коитуса оказывается невозможным. Период «ухаживания», более или менее активный, у многих из рассматриваемых больных растягивается, причем не на месяцы, а на годы. Больной Рт. знал свою будущую жену и относился к ней как к будущей подруге жизни в течение 10 лет. М. «ухаживал» за своей женой в течение 3 лет, в первую брачную ночь, заметив с ее стороны проявление боязливости, он ее «пожалел» и ограничился поверхностными ласками, чему она обрадовалась, но сам он поначалу очень тягостно переносил как сами сексуальные фрустрации, так и их последствия. Ч. на протяжении 6 лет, предшествовавших браку, систематически (1—3 раза в неделю) встречался с женщинами в обстановке, допускавшей только объятия и поцелуи, — всякий раз при этом у него возникали эрекции, но ни разу не было эякуляции и оргазма. Последние 3 года из 6 он встречался с одной и той же женщиной — своей будущей женой, за несколько месяцев до брака эрекции во время этих встреч его больше уже не беспокоили.